К морю, пожалуйста. Вы не против, если я открою окно и закурю?

 
Хорошо, когда выходишь с работы в 17-56,
с чувством удовлетворения и свободы.
Плохо ли, что при этом не очень много денег?

Хорошо, когда хочется женщину,
что идет впереди, танцуя ягодицами под платьем.
Плохо ли, что при этом не хочется погружаться в ее мир,
и совершенно нет табака?

Хорошо, что не просишь закурить у прохожих,
а просто им улыбаешься, в робкой наркоманской надежде,
что они догадаются и предложат сами.
Плохо ли, что большинство из них мрачны, не курят,
и не склонны улыбаться в ответ?

Хорошо, что жару сменил грибной дождь и зелень,
и пахнет прибитой к асфальту пылью, загородом.
Плохо ли, что идти далеко и, наверное,
в конце придется долго ковылять по песку?

Все дело в том, что я заплтуал,
потому что моя жена, как обычно,
недостаточно пиздато
объяснила мне, как от электрички дойти до пляжа,
где она сейчас загорает, отшивая всяких
"Я вижу Вам нравится загар без следов от купальника" и далее неразборчиво,
ответными мыслями "Иди дальше смотри порно, придурок" и далее гыгыгы.

О, вот и магазин.
Пожалуй возьму холодного чая, сигарок, и поймаю такси.

 
  

"Праздник, который всегда с тобой"

 
Он работал в гостинице, мрачным портье на полставки,
   (о его немногословности ходили легенды, а горничной,
   той самой, которая потом совратила кого-то из Совета Директоров,
   так никто и не поверил, что "однажды этот портье мне подмигнул")
а в свободное время он сортировал мусор:
зеленые и коричневые стеклянные бутылки,
пластиковые упаковки из-под бутербродов,
картонные коробки для книг,
органические отходы.

Его увлечение было тихим, неспешным,
и очень умиротворяющим:
упаковки из-под бутербродов и зеленые бутылки — на кухне,
коричневые — в ванной,
а картонные коробки — в жилой комнате и коридоре,
полный порядок во всем.

Он был сильным малым и когда почувствовал приближение времени,
сумел по туннелю доползти до балкона, где его и нашли,
среди органических отходов,
которыми он прикармливал крайне умных ворон и, по-своему умных,
но, на перый взгляд, достаточно тупых, голубей.

Им пришлось нанять грузчиков, чтобы разобрать квартиру, в которой был просто оптовый склад мусора,
хоть и высокоупорядоченного:
упаковки из-под бутербродов и зеленые бутылки — на кухне,
коричневые — в ванной,
а картонные коробки — в жилой комнате и коридоре,
полный порядок во всем.


— Все, это последняя тяжеленная коробка.
— Хоть бы что ценное, не бумажные книги прошлого века.
— Наверно это старье из какого-нибудь арабского дома престарелых. Кораны-шмораны.
— Да, из этой оперы, похоже. Здесь написано, что это про жизнь какого-то хуя в Париже.
— Мочилово наверно. Сейчас закончим и я одну на память возьму.
 
 
 

О ранних смертях и сандалиях

 
Дженис Джоплин, гениальная певица, в 27 лет,
умерла от передозировки

Джим Моррисон, гениальный поэт, в 27 лет,
умер в ванной от остановки сердца

Джимми Хендрикс, гениальный музыкант, в 27 лет,
захлебнулся в ванне собственной блевотиной

Некто Климович, бывший технический писатель, в 28,5 лет
торопился на собеседование,
принял душ за 7 минут,
почти выкурил сигарету с малым содержанием смол и никотина,
и попал под троллейбус
выпрыгнув на одной ноге с троллейбусной остановки
безуспешно пытаясь вытряхнуть горячий пепел
из сандалии

Андрей увидел свою первую любовь, учительницу Мировой Художественной Культуры
эМХаКашку, как ее звали 10 лет назад,
она шла с двумя юношами школьного возраста, с сигарой и электрогитарой,
с косичками афро, и в очень прозрачном платье
на котором было нарисовано Окно-Роза
от какого-то готического собора
под которым просматривалось много других выпирающих своим рельефом слайдов:
порталы, раскладывающиеся, как труба,
сплошное устремление вверх-вверх
ослабевшими пальцами по-европейски узкой нежно-ворсистой тропке
чуть под которой...

На хуй эту работу!
Не сдержались одновременно ангел и водитель автобуса
Закуривая в ожидании скорой
и думая:
нее, этому идиоту рано еще
кровь из него не льет
хотя вон как отрубился
в сандалях, блядь
 
  
 

Чу!

 
Я — поэт, пишу я хокку,
и, под ванной, ночью, в тихом плеске струй,
прячусь от затопленных соседей
 
  
---------.
        /
---------------------------------------
 
 

3 шмеля подряд и утро без онанизма

 
3 шмель второй день подряд
появлющийся и жужжащий между окон
второй день подряд
как только я включаю компьютер
с утра
чтобы посмотреть некорпоративную почту и вздрочнуть
перед уходом на работу
если вдруг проснулся раньше времени
третий день подряд

я беру стакан
имени Веры Мухиной
потому что я нищеброд, немного эстет, и выебываюсь
(у меня их 10, хотя нужны только два, максимум — три)
я снимаю все с пыльного подоконника,
я открываю первую раму
(привет юным ленинцам из достеклопакетной эпохи)
помещаю шмеля в круг стакана
(какое-то время летая с ним вместе
и жужжа)
аккуратно провожу стаканом с огромной волосатой ЖЖЖмелиной жопой
до открытой форточки
и
ЖЖЖЖЖЖЖ
жжж
ж
шмель летит вниз
по неочевидной пьяной весенней траектории толстого выпившего дяди
прямо и вбок к детской площадке

я почесываюсь и смотрю на утреннего скейтера лет 15
на скейт-площадке с широкой рампой
он отложил свой борд
подумал
и зачем-то стал бегать от
одного края рампы до другого
от одного края рампы
до другого — до другого — до другого
А потом сделал такой трюк, как будто бы у него был скейтборд,
хотя скейтборда у него — не было.

пипипипипи
все-таки шмели и подростки приятнее,
чем будильник в телефоне поставленный на Snooze
пипипи раз в 10 минут
пипипипипи блядь!
пипипипипипи
чтобы не опоздать
надеюсь, завтра с утра он снова прилетит и снова будет бегать между краями рампы
все, опаздываю
прощай порно
Alt F4

 
  

Весна в Акапулько

 
бывают дни в начале весны,
когда кажется, что вернулся с войны
и весь мир тебе рад
и сам ты счастлив

бывают дни в середине весны,
когда выходишь на балкон
закуриваешь
и думаешь
не так уж и плохо.
не так уж и плохо, бля.
могло быть и хуже.

и даже в самом конце весны
бывают дни,
когда выпиваешь,
никуда не выходишь,
и вспоминаешь.
как хорошо было в начале весны,
и как было в ее середине.

и, самое замечательное, в этом
в том,
что
весна − продолжается.
И это, бля, не для рифмы.
ведь весна продолжается
и где-то там
старого, полуслепого, совсем вислохуего пирата
семеро белоснежек выкатывают на палубу,
чтобы он мог почувствовать,
как пахнут белые барашки вечности
ранней весной
в Акапулько.

И, наверно, это даже по-своему круто,
что они отвлеклись
и он случайно укатился в море.
БЛЯДЬ! сказали белоснежки,
затушив сигарету о борт.
Земля ему пухом!
 
  
 

Интервью с пушером

 
получилось так себе. Но что уж тут поделать — если через полгодика встречу другого пушера — попытаюсь снова .)

• Интервью с пушером ( HTML / PDF )
  

Типаж заставил вспомнить молодость: Peace!, trees, glupye ulybki around.